Облитая кислотой петербурженка Анастасия остается в реанимации. Об этом «КП-Петербург» рассказали друзья 27-летней девушки, на которую совершил покушение бывший парень – ее сверстник, охранник клуба Сергей. Медики диагностировали у пострадавшей 32 процента ожогов тела.

- Настя остается в тяжелом, но стабильном состоянии в реанимации. Родные ждут выводов от офтальмолога по поводу ее зрения, удалось ли его сохранить, - сообщили друзья жертвы обезумевшего сталкера.

Глава Эрмитажа Михаил Пиотровский призвал жестко реагировать на акты вандализма в музеях. Поводом послужил инцидент, произошедший 17 мая в Георгиевском зале.

- Разорившийся житель пригорода, воспользовавшись днем бесплатного посещения Эрмитажа, просочился в Георгиевский зал и прорвался к императорскому трону, - рассказал о невменяемом посетителе директор музея.

Напомним, мужчина в черном спортивном костюме сел на императорский трон и начал выкрикивать жалобы на судей и банкротство. Когда смотрительница сделала ему замечание, он достал нож и стал угрожать. На место прибыли росгвардейцы и задержали нарушителя. Им оказался 45-летний бизнесмен. Мужчину отправили на психиатрическое обследование.

Защита бывшего министра сельского хозяйства Новгородской области подала жалобы на судей и следователя. Напомним, Виктор Витвицкий продолжает сидеть в СИЗО, пока в отношении него расследуют уголовное дело о взятках в 6,5 млн рублей. По версии следствия, он получил деньги от предпринимателей из региона, а взамен выгодно для них распределял субсидии на поддержку фермеров. В ноябре 2025 года Витвицкого задержали. По словам его адвоката, руководителя Центра уголовной защиты Евгения Зобова, срок нахождения экс-министра в следственном изоляторе продлили до марта 2026 года, хотя они просили более мягкую меру: Витвицкий имеет диабет, а также проблемы с сердцем, перенес аортокоронарное шунтирование.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

Глава Центра уголовной защиты, экс-прокурор и следователь Евгений Зобов:

- Услуги «магов и колдунов» сами по себе прямо не запрещены законом, но их результат невозможно объективно проверить. Даже если условия сделки зафиксированы на бумаге, предмет договора остается неопределенным и юридически непроверяемым. Именно поэтому суд применил конструкцию неосновательного обогащения. Проще говоря: деньги взяты, а доказать, что услуга реально оказана, невозможно. Более того, подобные ситуации могут квалифицировать и как мошенничество, если доказан умысел обмана и использовалось давление на жертву. А при систематическом извлечении дохода «колдуном» следователи могут квалифицировать это как незаконную предпринимательскую деятельность. Хочу предостеречь граждан: не передавайте деньги за услуги, результат которых невозможно проверить, не поддавайтесь на обещания «гарантированного результата» в личных или жизненных ситуациях, настороженно относитесь к требованиям срочных платежей, особенно под давлением или страхом.

Мнение эксперта
Глава Центра уголовной защиты, адвокат и бывший следователь Евгений Зобов:

- Даже если девушка сама не наносила смертельных ударов, ее могут признать виновной как соучастницу. Либо в более мягком варианте, но это маловероятно, ей могут вменить укрывательство особо тяжкого преступления (ст. 316 УК РФ, до двух лет лишения свободы. – Прим.ред.). Отдельно будет проверяться ее психическое состояние – при наличии расстройства возможны принудительные меры медицинского характера вместо наказания. Важно понимать: если ранее погибший подросток вел себя противоправно, это не оправдывает организацию убийства, а лишь может учитываться судом при оценке ситуации. Итог будет зависеть от того, удастся ли следствию доказать реальную роль девушки - от укрывательства до полноценного соучастия в убийстве. По моему опыту скажу, что ей назначат не более трех лет колонии. Учтут, что она женщина, несовершеннолетняя. Срок уменьшит и возможное признание вины

Мнение эксперта

Глава Центра уголовной защиты, адвокат, бывший следователь и прокурор Евгений Зобов:

- Ситуация, когда преступник выходит из психического стационара на первый взгляд выглядит пугающе, но с точки зрения закона вполне она вполне объяснима. Если человека признали невменяемым, к нему применяются принудительные меры медицинского характера. Их цель –лечение и снижение общественной опасности. И такие меры не бессрочны: они подлежат регулярному пересмотру судом на основании заключений врачей. Ключевой момент – выписка возможна только тогда, когда специалисты приходят к выводу, что человек перестал представлять опасность для общества. Это принципиальная позиция закона: нельзя удерживать человека в стационаре «на всякий случай», если для этого нет медицинских оснований.

После освобождения возможен контроль – как правило, в форме амбулаторного наблюдения у психиатра. При ухудшении состояния или возникновении угрозы для окружающих суд может вновь назначить принудительное лечение. Важно понимать: в таких случаях государство действует не как карательный орган, а как система медицинского контроля. И баланс здесь всегда между безопасностью общества и правами человека. При этом любые риски связаны не столько с фактом освобождения, сколько с качеством последующего медицинского наблюдения и своевременностью реакции на изменения состояния такого лица.

Мнение эксперта
Глава Центра уголовной защиты, адвокат и экс-следователь Евгений Зобов:

- Оправдание по такому делу на уровне Верховного суда – по сути, признание серьезной судебной ошибки, допущенной следствием и в нижестоящих судах. В данных историях следствие часто ограничивается показаниями и экспертными заключениями, не проверяя версию защиты и мотивы заявителя, а суды нередко занимают пассивную позицию без выявления противоречий. В данной ситуации необходимо не только реабилитировать оправданного, но и дать оценку заявителю. При наличии доказательств можно привлечь женщину по статьям за ложный донос или клевету. Также должны дать принципиальную оценку действиям следователей. Иначе сохраняется риск, что столь тяжкие обвинения могут использоваться как инструмент давления, в том числе в рамках семейных конфликтов.